Григорий Свердлин рассказал о проектах «Ночлежки» и книге «Пункт обогрева»
Бывший директор «Ночлежки» Григорий Свердлин выпустил книгу «Пункт обогрева», в которой описал запущенные при нём проекты помощи бездомным — от «Ночного автобуса» и пункта обогрева до приюта и московского филиала.
Бывший директор благотворительной организации «Ночлежка» Григорий Свердлин, руководивший ею с 2011 по 2022 год, представил книгу «Пункт обогрева». В ней он рассказывает, как при нём появлялись и развивались проекты помощи людям, потерявшим жильё, — от «Ночного автобуса» и пункта обогрева до приюта, «Культурной прачечной» и московского филиала.
«Ночлежка» работает с 1990 года. Организация помогает бездомным получить еду, ночлег, врачебную и психологическую помощь, а также решает их юридические проблемы. Книга Свердлина вышла в издательстве «Медузы» при поддержке StraightForward Foundation. Автор не только описывает работу организации, но и показывает, как выглядели запущенные при нём проекты.
Одним из самых известных проектов стал «Ночной автобус». Несмотря на название, он ездил по вечерам: небольшой минивэн со стеллажами, на которых стояли 20-литровые армейские термосы с супом. Волонтёры раздавали еду изо дня в день в одно и то же время на одних и тех же стоянках, поэтому бездомные знали, куда и когда приходить. Старшим в рейсе был водитель — единственный, кто занимался этим каждый рабочий день и получал зарплату.
Свердлин вспоминает петербургскую осень — холодную, тёмную и тоскливую — и огромную очередь человек на сорок. Многие давно знали друг друга. Его поразило, как часто люди говорили «спасибо» и «пожалуйста» — куда чаще, чем в петербургском метро. «Ночной автобус» был для них островком безопасности и человеческого отношения.
Среди посетителей были не только пожилые и плохо одетые люди. Приходили улыбчивый подросток лет пятнадцати, работяга в чёрной куртке и джинсах, старушки из соседнего дома, которым пенсии не хватало даже на еду. «Домашних» было примерно треть. Еду получал каждый, кто вставал в очередь, — без разделения на бездомных и небездомных и без необходимости доказывать, что тебе действительно нужна тарелка супа и кусок хлеба.
Некоторые поездки запоминались особенно ярко. Как-то перегорела проводка, и в кабине пропал свет. Суп пришлось разливать на ощупь. Почти мгновенно возник старый подсвечник на десяток свечей — его принёс кто-то из клиентов. Автобус, суп и люди на глазах превратились в рождественскую мистерию.
Другим важным проектом был пункт обогрева. Палатка каждый день переполнялась: открывались в восемь вечера, но очередь выстраивалась уже с семи. В самые холодные ночи там собиралось под 70 человек вместо расчётных 50. Пусть тесно, но никто не должен остаться за бортом. Средняя температура зимой в Петербурге — минус 11 градусов, которые из-за влажности ощущаются ещё на 3–5 градусов холоднее, так что оставаться зимней ночью на улице просто опасно для жизни.
Пускать старались всех — и трезвых, и пьяных. Единственными правилами были не пить и не мешать отдыхать остальным. Свердлин сравнивает увиденное с картинами Босха: темень, мрачные задворки Обводного канала, замотанные в несколько слоёв одежды люди, трясущиеся от холода. В ту зиму температура часто опускалась до минус 20–25. В основном посетителям было от 30 до 50 лет, но бывали и дети, и совсем пожилые.
Ещё одним проектом стал приют. В 2005 году «Ночлежка» получила от города в льготную аренду здание в самом конце Лиговского проспекта, за Обводным каналом. Это неблагополучный район с множеством общежитий и ночлежных домов для приезжих. Точнее, там стоял даже не дом, а его остов — без крыши и окон, с дырами между этажами. Два года шёл ремонт, и в совершенно не приспособленном помещении появился приют на 52 человека.
На первом этаже расположилась Консультационная служба, на втором и третьем — сам приют: пять комнат на 8–12 человек, четыре мужских и одна женская. Это примерно соответствовало соотношению среди бездомных — мужчин на улице примерно в четыре раза больше. Самую большую комнату назвали Библиотекой: там жильцы могли почитать книги или посидеть за компьютером, чтобы найти работу, связаться с родственниками или просто поиграть в пасьянс.
Консультационная служба работала как справочная для бездомных: помогала восстановить потерянные документы, написать заявления или жалобы в городские инстанции, давала позвонить домой в другой город. Периодически приходили люди, у которых украли паспорт, а в паспортном столе им отвечали: «Вы где документы получали? В Ростове? Вот там и восстанавливайте». Это было совершенно незаконно, но отстаивать свои права умели немногие. Приходили и те, кто приехал в Петербург на заработки и был обманут работодателем: человек работает на стройке, живёт в бытовке, получает деньги на карманные расходы, а расчёт — «когда сдадим объект». Через три-четыре месяца он слышит, что подрядчик заплатил меньше, и получает пару тысяч. Трудового договора не было.
При Свердлине у «Ночлежки» появились и другие проекты: бесплатный душевой пункт «Неравнодуш», Консультационная служба по юридическим и социальным вопросам, «Культурная прачечная», где бездомные могут бесплатно постирать и высушить вещи, и филиал в Москве. Московский филиал удалось открыть вопреки угрозам и травле со стороны местных жителей, чиновников и даже телеканала «Россия 1». В книге Свердлин вспоминает, с какими проблемами сталкивалась «Ночлежка» все эти годы и как их преодолевала.
