Сечин обозначил финансовую цену энергетического разворота к Китаю
Россия поставила в Китай 67 млн тонн нефти за семь месяцев, утверждает глава «Роснефти». Следующая задача — сделать расчеты в рублях и юанях столь же устойчивыми, как физические поставки сырья.
Российско-китайское энергетическое сближение все меньше сводится к вопросу о том, сколько нефти и газа пересекает границу. На форуме во Владивостоке 4 сентября Игорь Сечин сделал акцент на следующем этапе: платежной инфраструктуре, логистике и способности двух стран превратить большие объемы торговли в устойчивую систему, менее зависимую от западных финансовых каналов.
VIII Российско-Китайский энергетический бизнес-форум собрал около 450 участников и представителей более 100 компаний. На одной площадке встретились руководители энергетических корпораций, финансового сектора и представители правительств. Сам масштаб форума показывает, что энергетика остается одним из наиболее институционализированных направлений экономических отношений Москвы и Пекина.
Сечин заявил, что Россия уже четвертый год является крупнейшим поставщиком нефти в Китай. За январь–июль 2026 года, по его данным, в КНР было поставлено 67 млн тонн российской нефти, а доля России в китайском импорте достигла 23%. Эти цифры были приведены самой «Роснефтью», но они хорошо объясняют, почему вопрос расчетов стал центральным для бизнеса.
Глава компании сообщил, что взаимные платежи России и Китая почти полностью идут в рублях и юанях. При этом он прямо признал инфраструктурную проблему: для закрепления такой модели необходимо развивать клиринг и корреспондентские счета, а также подключать центральные банки обеих стран. Иначе переход на национальные валюты останется политически заметным, но технически более сложным, чем привычные долларовые расчеты.
Для компаний это вопрос стоимости сделки. Валюта платежа влияет на ликвидность, хеджирование, кредитование и скорость перевода средств. Чем больше торговый оборот, тем важнее наличие глубокого рынка рубля и юаня и надежной банковской инфраструктуры между странами. Поэтому следующий этап энергетического партнерства требует работы не только нефтяников и газовиков, но и финансовых регуляторов.
Сечин поставил эту тему в более широкий контекст глобальной энергетики. Он заявил, что Россия и Китай вместе производят около трети всей мировой энергии — 4,3 млрд тонн нефтяного эквивалента. Такую оценку следует воспринимать как позицию руководителя «Роснефти», но она показывает политическую рамку Москвы: две страны представляются не просто торговыми партнерами, а самостоятельным центром мирового энергорынка.
Эта модель выгодна обеим сторонам по разным причинам. Россия получает крупного покупателя для ресурсов, которые раньше в большей степени шли на западные рынки. Китай диверсифицирует источники снабжения и укрепляет сухопутные и северные маршруты поставок. Но взаимная зависимость также растет: российские экспортные доходы становятся чувствительнее к китайскому спросу, а Китай все сильнее учитывает стабильность российских поставок в своем энергобалансе.
Форум обсуждал не только углеводороды. В повестке были атомная энергетика, гидроэнергетика, возобновляемые источники, ИИ и технологические инновации. Это попытка придать партнерству более широкий производственный контур, где торговля сырьем становится основой для инвестиций и совместных технологий.
Следующий форум пройдет в Китае в 2027 году. До этого времени станет понятно, сможет ли политически громкий переход на национальные валюты получить столь же развитую техническую инфраструктуру, как нефтяные и газовые потоки. Именно этот вопрос может оказаться важнее большинства рекордных цифр, прозвучавших во Владивостоке.
