Россия и Талибан: соглашение о ремонте вооружений как шаг к стратегическому партнёрству

Россия и Афганистан подписали соглашение о военно-техническом сотрудничестве, которое предусматривает ремонт вооружений советского производства, оставшихся в арсенале афганских сил. Договор стал очередным шагом в сближении Москвы с движением «Талибан»: в апреле 2025 года группировку исключили из российского списка террористических организаций, а два месяца спустя Россия первой и пока единственной страной официально признала власть Талибана в Кабуле. Сделка, по оценкам экспертов, не предполагает крупных поставок оружия или существенных инвестиций, но даёт Москве возможность закрепиться в секторе безопасности Афганистана без значительных финансовых вложений.

Афганская экономика находится в крайне тяжелом положении после многолетней войны, против правительства талибов действуют масштабные международные санкции, а торговля между двумя странами остаётся ограниченной. Тем не менее Москва рассматривает сотрудничество с Кабулом как редкую возможность расширить своё внешнее влияние на фоне сокращения возможностей после начала войны в Украине. «Это позволяет Москве надолго закрепиться в секторе безопасности Афганистана без значительных финансовых затрат», — поясняет Джулиано Бифолки, руководитель подразделения OSINT в агентстве SpecialEurasia. Договорённость о ремонте техники не требует расходов на поставки вооружений или размещение войск, но формирует институциональные связи с Кабулом.

Торговля между Россией и Афганистаном, по данным российских властей, составляет около 500 млн долларов в год. При этом примерно десятая часть этого оборота проходит через Республику Татарстан, которая стала для Москвы главным региональным каналом связи с Кабулом. Татарстан поставляет в страну грузовики КАМАЗ, нефтехимическую продукцию и халяльные продукты, а также поддерживает культурные связи — в Кабуле действует музей культуры афганских татар, а в некоторых школах северных провинций преподают татарский язык. Представители Талибана участвуют в Казанском форуме с 2023 года, а в 2026 году на мероприятии обсуждались торговля и инвестиции. «Татарстан действительно стал успешным каналом сотрудничества между Россией и Афганистаном», — отмечает Эльданиз Гусейнов, соучредитель аналитического агентства Nightingale Int., специализирующегося на Центральной Азии.

Расширение связей отразилось и на транспортной логистике. Многие грузовые операторы отмечают, что при талибах перевозить товары стало проще, хотя до реализации крупных инфраструктурных проектов — таких как Трансафганская железная дорога через Узбекистан, Афганистан и Пакистан — ещё далеко. Серьёзными препятствиями остаются продолжающийся конфликт с Пакистаном и масштабное минное загрязнение территорий. Гусейнов полагает, что Москва рассматривает Татарстан как «точку входа для взаимодействия» с Кабулом, следуя общей практике укреплять влияние там, где меньше всего препятствий.

Однако экономическими интересами российские амбиции не исчерпываются. Официальное признание власти Талибана Москва объясняет необходимостью борьбы с терроризмом, прежде всего с группировкой «Вилаят Хорасан» — региональной ветвью «Исламского государства», действующей в Афганистане, Пакистане, Иране и странах Центральной Азии. В Москве заговорили о сотрудничестве с Кабулом после того, как «Вилаят Хорасан» взял на себя ответственность за нападение на «Крокус Сити Холл» в 2024 году, где погиб 151 человек. Талибам действительно удалось ослабить эту группировку путём рейдов, арестов и точечных убийств, однако в мае Кабул объявил о полном уничтожении сил «Вилаята» на своей территории, что не соответствует действительности: боевики продолжают действовать как внутри Афганистана, так и в соседнем Пакистане.

Сближение Москвы и Талибана началось задолго до захвата власти в 2021 году — в том числе через финансирование по линии ГРУ. После вывода американских войск Россия активно стремилась занять место Запада в регионе, став основным партнёром Кабула в сфере безопасности. Нынешнее соглашение о ремонте вооружений, не требующее больших расходов, вписывается в эту стратегию и, по мнению аналитиков, позволяет Москве укрепить позиции в Центральной Азии, не вступая в прямую конфронтацию с другими мировыми игроками.