Украина ускоряет отказ от 1С/BAS, но старые навыки остаются в госвакансиях
Вакансии воинских частей, ТЦК и финансовой команды «Дії» в 2026 году все еще упоминают 1С/BAS. При этом украинский регулятор расширяет список запрещенного ПО и требует замены в чувствительных системах.
Украинская политика отказа от программного обеспечения, связанного с подсанкционными правообладателями, столкнулась с обычной проблемой больших организаций: юридическое решение принимается быстрее, чем меняются бухгалтерские процессы. Вакансии 2026 года показывают, что знания 1С и BAS по-прежнему востребованы в отдельных государственных и военных финансовых функциях.
Воинская часть А5118 в марте искала бухгалтера и прямо указала навыки работы с 1С, 1С:Бухгалтерией и BAS. В описании 1С/BAS перечислены среди бухгалтерских программ наряду с другими инструментами. Воинская часть А4640 также требовала опыт с 1С и BAS от руководителя группы бухгалтерского учета и отчетности.
В вакансии Киевского областного территориального центра комплектования и социальной поддержки знание программ типа 1С указывалось как преимущество для бухгалтера. Эти объявления не являются техническим аудитом Вооруженных сил и не позволяют утверждать, что конкретная программа используется во всех подразделениях. Но они подтверждают сохранение спроса на соответствующие компетенции.
Похожая деталь появилась у «Дії». 25 июня финансово-экономическая команда искала экономиста с высоким уровнем владения 1С, BAS или аналогичными программами. Из этого нельзя делать вывод, что мобильное приложение «Дія» построено на 1С. Вакансия относится к внутренней финансовой функции, тогда как разработка мобильных сервисов, инфраструктуры, API и безопасности ведется отдельными командами.
Такой разрыв между внешним цифровым сервисом и внутренним учетом типичен для крупных организаций. Пользовательский продукт можно перестроить поэтапно. ERP хранит годы бухгалтерской истории, зарплатные правила, договоры, остатки, права доступа и интеграции. Отключить старую систему можно только после того, как новая корректно воспроизводит все критические данные и расчеты.
В 2026 году украинское правовое поле стало жестче. Государственная служба специальной связи и защиты информации прямо упоминает 1С и BAS в разъяснениях к перечню запрещенного программного обеспечения. Ведомство связывает включение этих продуктов с санкционным статусом правообладателя 1C LLC.
При этом регулятор делает существенное уточнение: перечень является инструментом санкционной политики, а не техническим рейтингом, автоматически признающим каждую версию продукта уязвимой. Это означает, что правовые основания запрета следует отделять от неподтвержденных утверждений о конкретных технических дефектах.
Для систем, обрабатывающих государственные информационные ресурсы, служебные данные, гостайну или относящихся к критической информационной инфраструктуре, ограничения действуют независимо от подключения к интернету. Наличие запрещенного компонента может препятствовать получению или сохранению авторизации защиты и повлечь требование о замене.
17 июля перечень запрещенного ПО и коммуникационного оборудования был расширен с 1079 до 1341 позиции. Это превращает контроль происхождения технологий из дискуссии о нескольких известных брендах в системную задачу для государственных ИТ-служб.
Одновременно формируется экономический механизм перехода. 28 июля IT Ukraine и немецкая федеральная GIZ объявили дополнительный набор на ваучеры для украинских микро- и малых предприятий, заменяющих 1С/BAS современными ERP. Поддержка показывает, что миграция требует заметных затрат на перенос данных, настройку, интеграции и обучение.
В исходном материале среди пользователей 1С/BAS была также названа Fire Point. MAIR подтвердил публичный профиль компании как крупного украинского производителя defense-tech, но не нашел независимого подтверждения использования 1С/BAS в просмотренных индексируемых вакансиях. Поэтому конкретное утверждение о Fire Point остается непроверенным и не подается как факт.
Проверенная проблема состоит не в том, что вся украинская цифровая инфраструктура якобы работает на старых российских продуктах. Она в другом: компетенции прежних ERP остаются встроены в часть административных процессов, тогда как правовые требования уже заставляют чувствительные системы уходить от запрещенного ПО. Насколько быстро этот разрыв будет закрыт, зависит от инвентаризации, бюджетов и качества миграции, а не только от новых санкционных решений.
