Лобанов призвал портить бюллетени вместо голосования за системную оппозицию
Российский левый политик Михаил Лобанов, покинувший Россию после обысков, представил манифест движения «Радикальная демократия» и выступил против стратегии голосования за любую партию кроме «Единой России», предложив вместо этого портить бюллетени.
Российский левый политик Михаил Лобанов, едва не победивший в одномандатном округе на прошлых выборах в Госдуму и покинувший Россию в 2023 году после обысков, прервал длительное публичное молчание и вернулся в информационное поле с рядом инициатив. Он выпустил манифест движения «Радикальная демократия», принял участие в круглом столе российской оппозиции на телеканале «Дождь» вместе с Юлией Навальной и Михаилом Ходорковским, а также присоединился к сторонникам стратегии порчи бюллетеней на предстоящих выборах в Госдуму.
Лобанов выступает против популярной среди части оппозиции идеи голосовать за любую партию, кроме «Единой России». По его оценке, такая стратегия не даст десяти дополнительных оппозиционных мандатов — в лучшем случае один. Он отмечает, что охваты Ютуба сократились, а постоянные зрители проголосовали бы примерно так же. Возражений против самой кампании у него нет, но люди, называющие себя политиками, по его мнению, фактически превратились в политических блогеров и мыслят соответственно.
Политик считает, что в общую кампанию можно было включить позицию «Яблока» и большой части общества, которая хочет участвовать в выборах, но не видит возможности голосовать ни за одну парламентскую партию. Разумнее было бы, по его словам, сказать избирателям: если можете проголосовать за парламентскую партию, пусть даже зажав нос, — голосуйте; если не можете, всё равно приходите и сделайте бюллетень недействительным.
В России, напоминает Лобанов, десятки миллионов людей не видят смысла участвовать в выборах. Уговорить их голосовать за КПРФ или «Новых людей» очень сложно, но если сагитировать их прийти и протестовать недействительным бюллетенем, дальше их можно сагитировать и за нормальных оппозиционных кандидатов в округах. Там, где еще есть конкуренция, они могли бы решить исход выборов. Один округ, выигранный непровоенным, а лучше антивоенным несогласованным кандидатом, стал бы реальной победой оппозиции.
Лобанов отвергает утверждение, что недействительный бюллетень — это голос за «Единую Россию». Он объясняет, что аргумент отчасти перенесен из старой дискуссии о голосовании за партии, не проходящие пятипроцентный барьер. При распределении мандатов их голоса делятся между прошедшими партиями пропорционально результатам, но даже в этом случае голос не целиком уходит «Единой России» — часть достается другим партиям. С недействительным бюллетенем это вообще не работает: он не участвует в распределении мандатов. Поэтому если выбор — остаться дома или прийти и испортить бюллетень, во втором случае избиратель не добавит «Единой России» мандатов.
По словам политика, испорченный бюллетень — это видимый коллективный протест, который фиксируется в отдельной графе протокола на каждом участке. В Москве на выборах 2024 года он видел протоколы с участков, где находились наблюдатели: недействительных бюллетеней было 5–10%. В других крупных городах — 3% и больше. Люди фактически говорят: «Я против войны, против режима и считаю эти выборы фарсом». Левые вели небольшую кампанию за порчу бюллетеней, но ее масштаб не объясняет такой результат — люди сами воспринимают это как способ выразить протест.
Лобанов подчеркивает, что если, несмотря на фальсификации, по стране таких бюллетеней окажется больше 3%, а тем более 5%, об этом будут говорить, и власти должны это учитывать. Для них эти люди потенциально опаснее тех, кого каждый раз удается перенаправить к одной из предложенных Кремлем парламентских партий. Власти убрали графу «против всех», а люди сами находят способ выйти за очерченные ими правила. Если так поступят больше миллиона человек, это будет массовый коллективный протест — столько людей одновременно не участвовало ни в каких митингах.
На уточнение, что 5% звучит не очень внушительно, политик отвечает: в России сто с чем-то миллионов избирателей, на прошлых выборах в Госдуму явка была чуть больше 50%. Сейчас ее будут «надувать», но всего проголосует примерно 50 с лишним миллионов. Поэтому миллион недействительных бюллетеней — уже около 2%. При этом результаты нужно очищать от ДЭГа, по регионам это легко сделать. Если получится 5%, будет шикарно.
Идея, по его наблюдению, становится народной: ее подхватило «Яблоко», но к ней приходят разные люди из разных сред. В крупных городах заметнее, но происходит и в регионах. Возникает народная партия протеста, в каком-то смысле даже вопреки призывам блогеров голосовать «за любую партию». А политические блогеры вместо этого стигматизируют такую позицию, повторяя ложь, что недействительный бюллетень — голос за «Единую Россию». Они фактически показывают аудитории, в кого можно кидать камни, и люди воспроизводят это, возникают разломы.
