Исследование: около 5% оставшихся в России испытывают негатив к уехавшим
Социологи Social Foresight Group опросили более четырех тысяч читателей «Медузы» о стратегиях «остаться, уехать, вернуться». Выяснилось, что негатив к эмигрантам внутри России распространен значительно меньше, чем принято считать, а горизонт планирования сузился у всех групп.
Негативные чувства к уехавшим после 2022 года испытывают лишь около 5% тех, кто живет в России, тогда как положительные — 87%. Об этом свидетельствуют итоги исследования аудитории «Медузы», которое провели независимые социологи из коллектива Social Foresight Group под руководством Анны Кулешовой. Опрос прошел в июле 2026 года, в нем приняли участие более четырех тысяч человек.
Выборка не репрезентативна ни для населения России, ни для эмиграции: анкету заполняли сами читатели издания, среди которых много людей с высшим образованием и критическим отношением к власти, а почти половина респондентов из России живет в Москве или Санкт-Петербурге. Тем не менее, как отмечают авторы, данные позволяют сделать надежные выводы о различиях между группами, поскольку речь идет об аудитории одного издания, схожей по возрасту и образованию. Из 4,1 тысячи участников 2922 человека живут в России и никогда не уезжали, 359 — уезжали, но вернулись, 857 — живут за границей.
Одной из главных тем исследования стал миф о расколе между «уехавшей» и «оставшейся» Россией, который активно продвигает пропаганда. Цифры его не подтверждают: настороженное или осуждающее отношение российского общества к уехавшим предполагают почти половина (48–55%) респондентов за рубежом и 39% живущих в России. Вернувшиеся оценивают отношение к себе спокойнее других групп — настороженность или осуждение отмечают лишь 22%. О случаях дискриминации, например при приеме на работу тех, кто уезжал и вернулся, не слышали 89% живущих в России, а знают о подобном из личного опыта или от знакомых около 1%.
Исследование показало и другое: судьбы уехавших определяли не столько политические и нравственные убеждения, сколько ресурсы — финансовые, интеллектуальные, психологические, социальные и образовательные, а также точки входа в принимающие сообщества. Российская диаспора за четыре года не превратилась в единое сообщество. Авторы отмечают, что уехавших в 2022 году нередко ошибочно называют релокантами, хотя релокация подразумевает наличие работы или трудового контракта, который был, как правило, лишь у части айтишников. Корректнее говорить об эвакуантах — вынужденных эмигрантах, которые могли бы претендовать на статус беженцев, но были лишены такой возможности. Для подавляющего большинства отъезд стал первым опытом жизни за рубежом и происходил в чрезвычайных обстоятельствах, при полном отсутствии подготовки.
Вера в будущее России сохраняется у 56% живущих в стране и 48% уехавших. При этом то, как Россия живет сегодня, устраивает лишь 0,2% всех респондентов. Тревожным сигналом стал горизонт планирования: 83% живущих в России не могут представить свою жизнь более чем на год вперед, а 39% — более чем на три месяца. У живущих за границей горизонт длиннее, но и среди уехавших в 2022 году и позже 63% не могут заглянуть дальше года.
В анализ также включены материалы исследования «Новые российские диаспоры в Армении, Израиле, Казахстане, Сербии и Турции», проведенного по инициативе фонда Бориса Немцова. Как отмечают социологи, получить такие данные с помощью репрезентативного опроса сейчас практически невозможно: для эмигрантов нет основы для случайной выборки, а в России провести подобный опрос слишком трудно технически. Сама аудитория исследования важна: из среды образованных, критически настроенных горожан вышла значительная часть эмиграции 2022 года, и в той же среде остались те, кто не уехал, но имел эмиграционные намерения или не согласен с режимом.
Авторы подчеркивают: корректнее говорить, что ценностные расколы внутри российского общества существовали и раньше, просто война сделала многие из них более видимыми. Один из респондентов сформулировал это так: «Все и так понимали, что и при ком можно говорить, в этом плане ничего особо не изменилось».
4
