Мать Надин Гейслер рассказала о жизни семьи после приговора волонтёру
Евгения, мать осуждённой на 22 года волонтёра Надин Гейслер, живёт с младшим сыном в съёмном доме под Ереваном. Она вспоминает, как после отъезда дочери пришлось закрыть склад «Армии красоток» и как семья переживает приговор.
Мать волонтёра Надин Гейслер, приговорённой в России к 22 годам колонии, рассказала о жизни семьи после вынужденного переезда. Евгения вместе с младшим сыном Равилем снимает дом в одном из посёлков под Ереваном. Жильё пустовало около пятнадцати лет, но после приезда российских эмигрантов хозяева сдали его за 150 тысяч драм в месяц — примерно 34 тысячи рублей. По словам Евгении, для Еревана это ещё выгодное предложение: за такие деньги в столице Армении почти ничего не снять.
Надин Гейслер стала известна как соучредитель волонтёрской организации «Армия красоток», которую она создала вместе с сестрой Аленой. В 2022 году девушка помогала украинским беженцам, а также выезжала на оккупированную территорию Харьковской области с гуманитарной помощью. За эту деятельность ей угрожали, а в 2023 году на участке родителей сожгли теплицу, доход от которой был для семьи основным. Весной 2023 года Надин покинула Россию, но позже вернулась, после чего её задержали.
По версии обвинения, Гейслер убедила украинскую волонтёрку Ирину Переборщикову перевести деньги другому волонтёру Сергею Ковальчуку, который затем направил донат на нужды ВСУ. При этом средства не проходили через счёт, зарегистрированный на саму Надин. Кроме того, следствие утверждало, что она призывала в «Инстаграме» жертвовать средства украинской армии, однако аккаунта, указанного в материалах дела, не существует, а на её официальной странице подобных публикаций нет. На основании этих обвинений суд назначил волонтёру 22 года лишения свободы.
Евгения вспоминает, что после отъезда дочери, когда той уже грозили арестом, склад гуманитарной помощи «Армии красоток» пришлось срочно закрывать. До конца аренды оставалось всего два дня, за которые нужно было всё вымыть и вывезти. Заниматься этим пришлось самой Евгении. Потом гуманитарную помощь развозили по соседям, часть грузов отправляли самостоятельно. Семья жила в посёлке Яблоново Корочанского района Белгородской области в доме площадью чуть больше 26 квадратных метров, и вещи складывали в сараях. Какие-то лекарства и одежду планировалось адресно доставить людям на оккупированных территориях Харьковской области, но без Надин, которая сама надевала бронежилет и несла гуманитарку, это оказалось невозможным.
Сама Евгения с мужем когда-то жили в Казахстане, в городе Темиртау, там и родилась Надя. Отец работал в пожарной части, мать была маляром. Позже семья думала о переезде в Беларусь, но у бывшего мужа были родственники в Белгородской области, и семья осталась в России. Евгения признаётся, что так и не смогла полюбить эту страну. По её словам, Надя с детства была «пробивной»: помогала другим, спасала бездомных животных, а в 2022 году кошки сменились на людей. Мать поддерживала стремление дочери помогать окружающим и всегда просила её быть осторожнее.
О решении уехать из России Надин сообщила матери весной 2023 года. По словам Евгении, дочери позвонил правозащитник и предупредил, что против неё готовится дело, поэтому нужно покинуть страну. После отъезда Евгения нашла под подушкой дочери записку и с тех пор хранит её при себе. Несмотря на серьёзность ситуации, Надин, по словам матери, не теряет бодрости духа. Сейчас семья пытается поддерживать её, чем может, хотя, как признаёт Евгения, остальные родные не такие упорные, как Надя, и мало что могут сделать.
7
