Berkshire начала тратить рекордный запас ликвидности

Berkshire Hathaway во втором квартале 2026 года заметно изменила направление движения капитала. После нескольких лет накопления ликвидности компания стала чистым покупателем акций, активизировала выкуп собственных бумаг и согласовала крупное приобретение в американском жилищном строительстве.

За апрель–июнь Berkshire купила публичные акции примерно на $23,5 млрд и продала примерно на $3,7 млрд. Чистые покупки составили около $19,8 млрд. До этого 14 кварталов подряд компания была чистым продавцом, поэтому новый результат является фактическим разворотом потока капитала, а не только интерпретацией аналитиков.

Крупнейшей известной инвестицией стала Alphabet. В начале июня аффилированная с Berkshire структура согласилась вложить $10 млрд через частное размещение. Документы SEC указывают более 14,2 млн акций Class A и более 14,3 млн Class C. Alphabet привлекала капитал для масштабного расширения инфраструктуры искусственного интеллекта и вычислительных мощностей.

Berkshire также вернулась к крупным покупкам собственных акций. Программа была возобновлена 4 марта после почти двухлетней паузы. Во втором квартале на buyback было направлено около $4,5 млрд. Для Berkshire такие операции традиционно рассматриваются как инвестиционное решение: менеджмент сравнивает цену собственных акций с другими возможностями использования капитала.

Еще одним направлением стала Taylor Morrison. Berkshire договорилась приобрести американского застройщика по $72,50 за акцию. Часто упоминаемые $6,8 млрд — это стоимость акционерного капитала, тогда как enterprise value сделки составляет около $8,5 млрд. Закрытие состоялось 24 июля, уже после окончания второго квартала, поэтому его нельзя включать в расчет снижения ликвидности на 30 июня.

Запас cash, эквивалентов и краткосрочных казначейских бумаг сократился примерно с $397,4 млрд в конце марта до около $365 млрд в конце июня. Разные источники дают немного отличающиеся итоговые цифры из-за методики расчета, но общий тренд очевиден: рекордный резерв впервые за долгое время снизился на десятки миллиардов долларов.

При этом финансовая модель Berkshire остается консервативной. Официальная политика предусматривает, что совокупный объем cash, эквивалентов и краткосрочных U.S. Treasury Bills не должен опускаться ниже $30 млрд. Фактический запас остается более чем в десять раз выше этого минимума.

Операционные результаты также дают компании пространство для инвестиций. Чистая прибыль во втором квартале составила около $25,67 млрд и более чем удвоилась год к году. Значительный вклад внесли инвестиционные доходы, поэтому этот показатель может сильно колебаться. Операционная прибыль выросла примерно на 16% до $12,98 млрд, а промышленные и розничные подразделения показали сильную динамику.

Greg Abel стал CEO Berkshire в начале 2026 года после ухода Warren Buffett с должности исполнительного руководителя. Buffett остался председателем совета директоров. Поэтому рынок рассматривает новые решения не только как инвестиции, но и как первый тест того, насколько институциональной оказалась система распределения капитала Berkshire.

Michael Burry относится к происходящему скептически. MarketWatch сообщает, что он написал в Substack, что больше не считает Berkshire привлекательной инвестицией на будущее. Это мнение инвестора, а не проверяемый прогноз.

Говорить о полном изменении стратегии пока преждевременно. Berkshire не объявляла об отказе от принципа большого запаса ликвидности и по-прежнему располагает примерно $365 млрд легко доступных средств. Один активный квартал не превращает компанию в агрессивного инвестора.

Но изменение поведения уже произошло. Четырнадцать кварталов чистых продаж закончились, деньги пошли в Alphabet, другие публичные акции, buyback и крупную сделку в жилищном секторе.

В корпоративных финансах эти направления нельзя считать одной строкой расходов. Покупка публичных акций сохраняет рыночную ликвидность, хотя добавляет ценовой риск. Buyback уменьшает число собственных акций и может создавать стоимость при разумной цене. Приобретение Taylor Morrison означает контроль над целым бизнесом и гораздо более долгий горизонт оценки. Поэтому общий объем «потраченных денег» сам по себе мало говорит о качестве решений.

Отдельно важна дата закрытия Taylor Morrison. Объявление сделки относится к периоду активизации Berkshire, но фактическое закрытие произошло 24 июля. Следовательно, использовать $6,8 млрд как прямое объяснение сокращения ликвидности на конец июня некорректно. Кроме того, $6,8 млрд — equity value, а enterprise value была около $8,5 млрд.

Роль ликвидности тоже двойственная. С одной стороны, огромный запас краткосрочных инструментов снижает риск и дает Berkshire возможность действовать во время кризисов. С другой — слишком большой резерв может снижать потенциальную доходность, если менеджмент долго не находит более прибыльного применения. Новый CEO должен выбирать между этими двумя издержками.

Именно здесь позиция Burry становится содержательной как предмет спора. Его скепсис направлен на будущую эффективность распределения капитала, а не на текущую платежеспособность Berkshire. Финансовая устойчивость компании не вызывает такого вопроса: резерв остается огромным. Спор идет о том, насколько качественно он будет превращаться в новые активы.

Если этот режим сохранится, 2026 год станет началом более активной эпохи Berkshire. Если в следующих кварталах компания снова станет чистым продавцом и увеличит Treasurys, это не обязательно будет отступлением. Для Berkshire способность остановиться при высоких ценах исторически была частью инвестиционной модели. Поэтому окончательный вывод о стратегии можно будет делать только по серии решений, а не по одному кварталу.